www.xsp.ru
    Международная Ассоциация за Психическое выживание - xsp.ru/psimattern/ Психическое выживание Мы даём не меньше, чем обещаем English Esperanto 
Добавить в избранное
Новости
Наука
Наркотики
Советы
Помощь
Творческие связи
Путеводитель
Публикации
Глоссарий
Предложения
FAQ
Смех сквозь слёзы
Отзывы
Автор
Манифест

Для журнала СОЗНАНИЕ и ФИЗИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
Ноябрь 1998
Опубликовано в разделе Философия № 4 – 1999

        АПОЛОГИЯ МАЗОХИЗМА

Плод любви – служение.
Плод служения – мир.

Мать Тереза

    Сексуальная терминология широко применяется в сферах, не имеющих прямой связи со сферой сексуальной, причем применяется не только как сквернословие, в грязном жаргоне (мат, сленг), и не только в русском языке. Так, нормативным стало употребление термина садизм в любых случаях проявления жестокости.
    Яркий пример лексического явления такого рода – фрейдовский термин либидо. Отнюдь НЕ соглашаясь с Фрейдом (Z. Freud, 1856–1939) во всех его взглядах, признаем логичность предложенной им аналогии (хотя отнюдь не тождественности) сексуального влечения с жизненной силой. Продолжение рода требует от индивида, как правило – преимущественно от самца (речь не только о людях), полной (предельной, а иногда и запредельной) мобилизации как в конкурентном общении с соперниками, так и в партнерском общении с напарником. Низок жизненный потенциал (либидо) – нет и достаточной потенции (тоже либидо) для реализации сексуальных притянзий.
    Сходным образом, а именно – по весьма отдаленной сексуальной аналогии, мы используем здесь и термин мазохизм.
    Современная парадигма рассматривает страдания как фактор всегда, принципиально нежелательный и бесполезный, а также случайный – не повезло. Соответственно и стремление, тенденция избегать страданий представляется нормой.
    Эзотерика, оккультизм принципиально исключают возможность случайности. Здесь каждое событие считается предопределенным и/или целенаправленным. Здесь страдания – элемент кармы, наказание за неправильное поведение, за сопротивление (божественному) потоку жизни ( судьбы, Дао, ...) – во искупление грехов...
    Страдания могут быть и авансовой расплатой за будущие грехи, могут быть и гарантией освобождения от еще бóльших страданий в будущем, способом заслуживания, зарабатывания антистраданий (удовольствия, наслаждения, счастья, блаженства), а также освобождения от новых инкарнаций ...
    Если же – идеальный случай – такое избавление уже заработано, то инкарнация может все же состояться и быть посвящена помощи другим воплощенным, компенсации не своих, а чужих грехов, улучшению, исправлению чужой кармы, уменьшению чужих страданий. Такого рода самопожертвование и может быть расценено как высшая, благородная, духовная форма мазохизма. В этом смысле можно назвать мазохистами и Прометея, и Иисуса Христа.
    Противоположностью такому мазохизму – как его антонимом, так и тем, что мешает стать высоким, духовным мазохистом – является не садизм, а эгоизм.
    Истоки садизма (тоже отнюдь не только в сексуальном смысле) многообразны и не исключают друг друга. Отметим два.
    1. Это может быть перерастание предельного проявления определенного качества в его противоположность. Так, предельное ян (активность) порождает инь (пассивность) и наоборот. Так же эмоция любви с созидательной тенденцией может в своем предельном проявлении парадоксальным образом перейти в исступление, в аффект с разрушительной тенденцией (извращенное проявление чувства порождается избытком чувства, не обязательно эгоистического). Единственным противоядием, включая профилактику, здесь может быть самоконтроль. Чувства не должны захлестывать полностью. Кусочек, краешек сознания должен оставаться спокойным и констатировать (одновременно и контролировать), чтó происходит в сфере эмоций. В любой момент, находясь в любой ситуации, благородный муж (цзюнь-цзы) должен мочь дать отчет о своем морально-психическом состоянии1 ].
    2. Это может быть энергетический (тонко-энергетический, астральный) вампиризм: энергетические ресурсы жертвы становятся более доступны вампиру в моменты, когда жертва мучается и выплескивает на мучителя свои отрицательные эмоции. Силовая защита от вампира – как активная, путем ответной агрессии, подавления его, так и путем нейтрализации его агрессии пассивным противодействием, отгораживанием физическим и/или астральным, – есть акт беспомощности, акт признания своего не-превосходства над вампиром, признания чувствительности, небезразличия к его влиянию. Если малыш, которого Вы держите на руках, с усердием колотит Вас, требуя конфетку, Вы смеетесь, Вы его утешаете, Вы даете ему что-нибудь взамен или, наконец, Вы ему уступаете и конфетку даете, но Вам не приходит в голову ни ответить ему побоями, ни одеть на себя панцирь: к его побоям Вы и так нечувствительны. Перед малышом у Вас превосходство громадное, качественное. Необходимость в ответной агрессии или специальной защите появляется только, если ваши силы соизмеримы. От вампира не надо защищаться. Его надо пожалеть и вдоволь накормить. А лучше – научить его, как питаться самостоятельно, не за чужой счет, как перестать быть вампиром. Если же такая тактика Вам недоступна, значит Вам надо самому учиться тому же.
    Эгоизм в итоге оборачивается против самого эгоиста, обременяя его карму, за что рано ли, поздно ли, но неизбежно придется расплачиваться. Поэтому от него надо избавляться. Если эгоизм осознанный, "идейный", от здравого смысла эгоиста, то это проблема этико-педагогическая, которая здесь обсуждаться не будет. Если же он вопреки его здравому смыслу, непокорный ему, господствующий над ним, стихийный, спонтанный, непреднамеренный – то это проявление безволия, психическая навязчивость, и проблема – психологическая. Безболезненно, быстро и надежно избавить от нежелательных, непокорных здравому смыслу эмоций, от навязчивостей, как и научить не быть вампиром, позволяет пси-техника2 ], но это особая тема.
    Источником эгоизма являются инстинкты, психическое наследие, полученное от биологических прародителей, которые погибли бы как вид, если бы не приобрели (или не сохранили бы) их по ходу эволюции. Тот, кто был лучше (сильнее, хитрее и т.д.) других, тот завладевал территорией, пищей, другими преимуществами, включая выбор сексуального партнера (партнеров).
    Эмоции, выражающие как стремление к реализации таких преимуществ, так и довольство (удовлетворенность) достижением их, а также способствущие совершенствованию вида, улучшению его приспособленности к среде обитания, могут быть представлены (отражены) формулой натурального, примитивного эгоизма:
я лучше других, и ПОЭТОМУ – мое! я имею! ПОЭТОМУ у меня лучше чем у других!

(A)

    Однако для человека, живущего, в отличие от биологических предков, в искусственной среде цивилизации, в коллективе и обществе, ведущим инструментом выживания становится мышление, разум (более высокий уровень психики). Значение эмоций сохраняется, но отодвигается (в норме) на второй план.
    Одновременно та же цивилизация, с возникновением в ее рамках института собственности, делает возможными изменения, искажения изначального смысла (А)-эмоции со сдвигом акцентов с личных (или личностных) достоинств персоны на ценность собственности, которой она обладает. Соответственно может модифицироваться и сама (А)-формула:

я лучше других, ПОТОМУ ЧТО

  мое ценнее, у меня лучше чем у других

(B)

я лучше других, ПОТОМУ ЧТО

  у других хуже, чем у меня

(C)

я лучше других, ПОТОМУ ЧТО

  у меня – и только у меня

(D)

    Такие искажения как изначальных естественных эмоций, так и соответствующих им смыслов поведения и его тенденций ведут к специфически человеческим порокам.
    Доминирование эмоции (B), стремление к реализации ситуации, выраженной этой формулой, ведет к жадности, скупости, стяжательству, накопительству, "мещанскому вещизму";
    доминирование эмоции (С) ведет к завистливости, алчности, не столько (или не только) к стремлению увеличить ценность своей собственности, но и уменьшить ценность чужой; например, ее присвоением или уничтожением; и наконец
    доминирование эмоции (D) ведет к болезненной ревнивости, к стремлению все и вся подмять под себя, к властности.
    Впрочем, жадность, зависть, ревность можно интерпретировать не только (и даже скорее) не как эмоции, отражающие стремление добиться чего-то, а как страх не добиться, не получить желаемого, или лишиться чего-то.
и    Представляется, что страх и испуг следует различать как две разные эмоции. От внезапного и громкого шума, стука младенец может заплакать. Мы говорим, он испугался. Но это не страх, который всегда обращен либо к будущему (какой ужас, а вдруг это случится), либо к уже не состоявшемуся прошлому (какой ужас, что так могло бы случиться). Для младенца же существует только настоящее. Его плач – проявление именно испуга, его сиюминутного дискомфорта, аналогичного боли, голоду, которые тоже следует признать эмоциями, специфическими переживаниям и состояниями астрального тела, а не только ощущениями, которые сами по себе индифферентны, еще не несут эмоциональной окраски. Ощущения – элементы астрального тела, но не его состояния.
    Страх можно признать эмоцией производной от гнева, протеста, требования. Это эмоциональная реакция на невозможность проявить свой гнев, невозможность изменить ситуацию, которая гнев спровоцировала.      и
    Стремление жить лучше других и ради этого быть лучше других – изначально ориентированное на улучшение вида, увеличение его приспособленности, жизнеспособности, жизнестойкости – может стать самоцелью и в гипертрофированном, абсолютизированном виде перерасти в
соревнование ради соревнования
риск ради риска
власть ради власти
вражду ради вражды,
и тем самым быть доведено до абсурда, до антагонизма по отношению к изначальной ориентации, идя во вред обществу, во вред виду Homo Sapiens, поскольку утверждает грубую, низменную силу в ущерб тонким, возвышенным, специфически человеческим свойствам и их проявлениям.
    Патриотизм, как коллективный эгоизм (НЕ как бескорыстная любовь к родине), как и инфантильный эгоцентризм (моя мама, моя игрушка), достался нам в наследство от филогенетических предков. Хищники эгоистически отстаивают, охраняют охотничью территорию. Лососевые патриотически возвращаются в тот самый ручей, где вылупились из икринки, чтобы именно здесь оставить потомство и умереть.
    Однако сходство между людьми разных стран, народностей и наций (соседних деревень или улиц – тем более) гораздо существеннее, чем различия между ними. Ибо для всех Земля – место ада, область (мир) пленения духа в плоти, полигон мучений и нравственной закалки. Все мы немножко Иовы. Нас зря пугают адом посмертным, потусторонним. Это сюда мы брошены на отработку своей кармы (хотя по невежеству мы ее часто ухудшаем, вместо исправления).
    Осознать это сходство, это единство целей и задач воплощения, осознать желательность (если не необходимость) не вражды, а напротив, объединения усилий по их достижению и решению, должна бы помогать большинству (если не всем) религия, призванная именно приближать человека к Богу. Но, к сожалению, большинство религий ревниво, что не объединяет людей, а разъединяет. Так, из 10 иудаистских заповедей (Исх 20,1-17), признаваемых религиями, приверженцами которых является большинство населения Земли, первые же две посвящены пресечению конкурентных верований.
    Заниматься исправлением этого ада, бороться со злом так же бесполезно, как вычерпывать море наперстком. Земля без зла немыслима и бессмысленна. Онтологически зла не существует. Это понятие принципиально субъективное. Щука есть зло для карася, а не сама по себе.
    Зло богоугодно именно как инструмент воздействия на воплощенную сущность, стимул ее прогресса. Избавились от оспы – появился AIDS, справимся с ним – появится новый инструмент. Каждому достается, дается судьбой (кармой, Богом, Дьяволом...) то зло, которое ему полезно для совершенствования и которое ему посильно.
    Если завтра все население превратится в святых, станет ангельски добродетельным и мудрым, то послезавтра оно уснет и не проснется, оно уйдет в рай, здесь ему больше уже нечего будет делать.
    Но предварительно оно родит на смену себе новое поколение. Это будут опять обычные грешные люди, такие, как мы (в массе, в среднем) сегодня и какими были все наши предки – и эгоистичные, и агрессивные – ад возобновится. Каждый век имеет свое средневековье [Станислав Ежи Лец]. Полигон для духовного роста, для (само)воспитания восстановится.
    Исправлять надо не окружающее зло, а себя – отказываясь от эгоизма, от агрессии. Если человек приносит зло другому в мыслях, словах или делах, он делает зло Богу3 ]. Ссылаясь на С. Грофа, можно добавить: и себе. Его эксперименты показали насколько прочно психологическое единство всех участников межперсонального конфликта [ 4 ]:
  Всякий раз, когда травматическое событие включает межперсональную ситуацию, субъект, переживая ее под влиянием ЛСД [наркотика, с которым экспериментировал С. Гроф], по-видимому, должен пройти и испытать [роли] всех задействованных в ней персонажей. Так, в случае, если основная тема представляет собой агрессивное нападение на него, он должен пережить как роль жертвы, включая все эмоциональные и физические чувства, так и роль агрессора. Если субъекту пришлось быть наблюдателем такой сцены, он должен в итоге пережить все три роли.
    Таким образом, палач, мучая жертву, мучает и себя. Правда, не одновременно, а в неопределенно отдаленной, но неизбежной перспективе. ... но горе тем, кто заставляет страдать невинных3 ].
    Злодей достоин жалости. Совершая зло, он уже подготовил себе наказание в виде того самого зла, какое причинил другому. Поэтому даже необходимые (или вынужденные) действия ради пресечения, уменьшения зла можно (и нужно бы) выполнять без злобы, а с сожалением, с сочувствием.
    Кстати, хотя многие считают, что отвечать злом на зло – естественно, это вовсе не так: первая (детская) и естественная реакция на зло – удивление.
    Но и это – полумера, компромисс. Кардинальное же решение конфликта – простить. Простить! Именно это подсказывает опыт С. Грофа. Именно непосредственное переживание ролей каждого из участников конфликта позволяет понять их и в итоге – простить. Истинный признак христианских добродетелей – смирение; если его нет, все наши недостатки остаются при нас, а гордость только скрывает их от окружающих и нередко от нас самих [Франсуа де Ларошфуко]. И еще: Практика добра несравненно эффективнее борьбы с грехом [Отец Александр (Ельчанинов)].
    Исправлять надо себя. Становясь (или оставаясь) человеком порядочным, т.е. поступая разумно-эгоистично (то и другое – по Н.Г. Чернышевскому (1828-89)), или (что то же) ведя праведный образ жизни, поступая по совести, заботясь о ее чистоте, т.е. предъявляя к себе высшие морально-этические требования, очищая, высветляя себя, человек тем самым не только ликвидирует зло в себе, но и участвует в ликвидации окружающего зла, обезоруживая его, не давая ему точки опоры (точнее, точки приложения его силы), становясь для него невидимым, прозрачным. Как тут не вспомнить И. Ильфа: Тщательно пережевывая пищу, ты помогаешь обществу...
    Оккультизм отмечает также, что дух, ментал, воплощаясь в физике, утверждая себя, проявляя себя мощными и устойчивыми концентрациями, пленяет себя в них. Обратный процесс, сознательное освобождение Духа от Плоти, возврат его к своему изначальному источнику, единение (йога) с Богом – может трактоваться как смысл земного существования Человека, что отнюдь не тривиально. Так, Л.Н. Толстой (которогтрудно заподозрить в скудоумии) в весьма зрелом возрасте, на шестом десятке лет, после поисков долгих и мучительных, констатировал, несмотря на полное житейское благополучие в то время: бессмыслица жизни есть единственное несомненное знание, доступное человеку [цитировано по: У. Джеймс. Многообразие религиозного опыта.– М. : Наука, 1993].
    Казалось бы, обо всем этом излишне писать, когда уже существуют такие книги вечной мудрости, как индийская Бхагаватгита, китайская Ицзин, европейские Изумрудные Скрижали, Пятикнижие и Евангелия – перечисление известных источников может занять многие страницы, и, наверняка, не попавших в список останется не меньше. Однако эта медаль имеет не один реверс.
    Во-первых, само это многообразие, сама множественность предсталений/изложений единой мудрости, столь же единой, как един и Бог – ее первоисточник, сам факт, что каждая цивилизация создавала и создала свои к ней подходы, говорит, что она неисчерпаема и что все новые и новые подходы к ней могут оказаться не менее плодотворны.
    Во-вторых, вся эта мудрость остается вне поля зрения САН, остается по преимуществу невостребованной. Они говорят на разных языках. Для пользы общества, включая и саму САН, актуальна проблема их синтеза.
    В-третьих, идеология "духовного мазохизма" актуальна не только в плане принципиальном, научном, но и в практическом. Она подсказывает единственный, хотя и очень трудный, путь к выходу из конфликтов различного масштаба – от мелких, межличностных до глобальных, типа противостояний палестино-израильского, кашмирского, чеченского, североирландского.
   

ЛИТЕРАТУРА

1. Абаев Н.В. Чань-буддизм и культура психической деятельности в средневековом Китае. Новосибирск, 1983.

2. Маркон А.С. Фундаментальная психология и здоровье.– М.: СВОД.– 1996.– 240 с.

3. Dоwling H. (Lеvi). Thе аquаriаn gоsреl оf thе Jеsus thе Сhrist.– Lоndоn, 1908.– 260 р

4. Stаnislаv Grоf Rеаlms оf thе Humаn Unсоnsсiоus.– NY. : Е.Р. Duttоn.– 1976.– 257 р.

Обсудить на форуме 
У Вас есть материал - пишите нам
 
   
Copyright © 2004
E-mail admin@xsp.ru
Rambler's Top100