www.xsp.ru
  Психософия Александр Афанасьев  
Добавить в избранное
За 1990 - 2010г


Версия для печати

“Школяр” (4-я Логика)

Боюсь, что у читателя заранее, вольно или невольно сложилось впечатление о 4-й Логике, как о функции заведомо умственно беспомощной и отсталой. Поэтому еще раз подчеркну - это совсем не так. Суть проблематики  4-й Логики  заключается не в низком качестве ее функционирования, а в том, что индивидуум отводит Логике в своей внутренней иерархии ценностей последнее место.  Вчитаемся в такие строки:

“Не трудно было мне отвыкнуть от пиров,

Где праздный ум блестит, тогда как сердце дремлет”.

Кто автор этих строк, где недвусмысленно высказано предпочтение Эмоции (“сердцу”) перед Логикой (“умом”)? Автор - большая умница, непревзойденный, по свидетельствам современников, полемист - Александр Сергеевич Пушкин, у которого, действительно, 1-я Эмоция сочеталась с 4-й Логикой, что со всей ясностью и отразилась в приведенных строках.

На примере Пушкина легко увидеть одну из специфических черт 4-й Логики: сочетание качественной работы логического аппарата с полным безумием. Пушкин - блестящий полемист, проигрывал в карты всем, кто умел держать их в руках. Здесь нет ничего парадоксального.  Полемический дар его открывался в безмятежной обстановке дружеского кружка. Тогда как крупная карточная игра сама по себе вела к дискомфорту, напряжению ситуации, при которых, по законам Четвертых функций, 4-й Логика Пушкина отключалась, и вся внутренняя энергетика сосредотачивалась в Эмоции - функции, стоящей первой в его внутренней иерархии. А результат игры в карты, опирающейся на эмоции, думаю, легко предсказать заранее. И так, в зависимости от ситуации, живет любой “школяр” умница и глупец в одном лице.

Не отказывали в уме и русскому царю Николаю II люди, хорошо его знавшие. Но... Победоносцев считал его не терпящим “общих вопросов”, способным оценить “значение факта лишь изолированного,  без отношения к остальному, без связи с совокупностью других фактов, событий, течений, явлений”. Сам царь говорил, “что он тяжко мучается, выбирая из всего слышанного нужное”, “что ему тяжко приходится напрягать ум”, и “он думает, что это усилие ума, если бы могло проходить в лошадь (когда он на ней сидит), то очень встревожило бы ее “. Все так и есть. 4-й Логике трудно дается  самостоятельная умственная работа, вообще включение интеллекта без непосредственной и очевидной в том потребности. Мозг “школяра” прагматичен, вперед и вширь смотреть не любит и быстро плесневеет без толчков извне.

А так, по внешнему виду 4-й Логика почти не отличается от 2-й. Она также интеллектуально беспартийна; легко усваивает, принимает, воспроизводит, развивает любые взгляды: догматические, диалектические, скептические... 4-я Логика также свободна и бесстрашна в своих посылках и выводах, как и  2-я. И отдадим должное, всеядность, сочетаемая с бесстрашием, - основной и очень весомый козырь в руках “школяра”.

Быстро отличить 4-ю Логику от 2-й позволяют две вещи. Во-первых, идеология “школяра” совершенно оторвана от его жизни, и он никак не склонен следовать тому, что сам постулирует. Об одном из таких обладателей 4-ой Логики Толстой писал:  «Свияжский был один из тех, всегда удивительных для Левина людей, рассуждение которых, очень последовательное, хотя и никогда не самостоятельное, идет само по себе, а жизнь, чрезвычайно определенная и твердая в своем направлении, идет сама по себе, совершенно независимо, почти всегда вразрез рассуждениям”.

Вторая примета 4-й Логики - врожденный скепсис. Однако не станем путать его с активным скепсисом 3-й Логики. “Школярский” скепсис беззуб, замечание Пастернака, что мол, заниматься всю жизнь интеллектуальной  деятельностью все равно, что всю жизнь питаться горчицей - вот тот край, за который редко переходит “школяр” в своей критике рационализма. Скепсис 4-й Логики - не энергичное отрицание действенности интеллектуального начала в человеке, а простое равнодушие к нему.  И в этом большая разница между скепсисом 3-й и скепсисом 4-й Логики. Потому что равнодушие 4-й Логики, еще недавно окрашенное скепсисом, завтра может окраситься догмой, а послезавтра еще чем-нибудь. В силу безразличия к интеллектуальным вопросам 4-й Логика легко захватывается, но ошибется тот, кто подумает, что захватил ее навсегда. Нет - до последующего собеседника. Об одном из таких “школяров” Лабрюйер писал: « Он с такой естественностью присваивает чужой ум, что сам же первый дается в обман, чистосердечно  полагая, будто высказывает собственное суждение или поясняет собственную мысль, хотя на деле он просто эхо того, с кем только что расстался”.  О том же очень самокритично писал Чехов:  «Политического, религиозного и философского мировоззрения у меня нет; я меняю его ежемесячно...”

Одним словом, “школяр” - энергичный лишь по нужде, праздно любопытствующий, внутренне совершенно раскованный, интеллектуальный хамелеон. И здесь всего его плюсы и минусы.

В утешение “школяру” необходимо добавить, что он - чемпион. Среди населения земли он численно превосходит все другие Логики. Нет ни страны, ни нации, где бы стоящая выше “школярской” Логика доминировала бы. Чисто гипотетически рассуждая, можно предположить, что в Греции Y-IYвв. до Р.Х. и в Германии YIII-XIX вв., в пору расцвета их философий и наук, 4-я Логика была слегка потеснена. Но в другие времена и на других пространствах, доминирование 4-й Логики было и есть безраздельным




1 См. Аушра Аугустинавичутэ, «Теория интертипных отношений», Вильнюс, 1982 г.

2 Здесь и далее пометки типа: 1-ая Воля, 3-я Физика - мои. -А.А.



<Назад>    <Далее>



У Вас есть материал пишите нам
 
   
Copyright © 2004-2017
E-mail: admin@xsp.ru